Когда он хочет с ней спать, она с радостью идет ему навстречу, когда же не хочет, она ничего не требует. С его точки зрения, у них был совершенный брак. Первая жена... Ричард помрачнел, не желая вспоминать Джессику. Как-то раз Линда даже сказала ему, что он старается делать вид, будто его первой женитьбы вовсе не было. Она намекнула, что в этом виновато его еврейское происхождение и унаследованное от предков стремление сохранить освященные веками жизненные ценности. Однако он с ней не согласился. Да и как он мог? Даже теперь ему трудно обсуждать с кем бы то ни было свой брак с Джессикой. Ричард почувствовал, как в нем поднимается ненависть, сводя на нет сексуальный порыв, и постарался подавить ее. Джессика в прошлом, вот пусть там и остается.

Алекс Барнетт тоже получил письмо в субботу с утренней почтой. Его жена Джулия подобрала послание Пеппер с устланного ковром пола в холле и принесла в залитую солнцем гостиную, где они по субботам обычно устраивали себе неторопливый завтрак.

Боясь вновь увидеть на ее лице знакомые признаки депрессии, Алекс бросил на нее быстрый взгляд. Пока вроде бы ничего. Джулия все еще не пришла в себя после визита в агентство по усыновлению. Они получили от жизни все, о чем можно было только мечтать. Все, кроме одного...

В свои тридцать лет Алекс Барнетт был одним из самых известных и удачливых людей в своей области. Компьютерная эпоха еще только зарождалась, когда ему досталась в наследство от отца фабрика, производившая швейные машинки. И хотя между швейными машинками и компьютерами пропасть, Барнетт легко перескочил через нее, несмотря на косые взгляды «больших дядей».

В ближайшие шесть недель должно выясниться, подпишет ли правительство с ним контракт на поставку компьютерного оборудования в посольства Британии по всему миру. Этот контракт был настолько важен для него, что Барнетт даже не решался о нем говорить. К сожалению, уровень продаж неудержимо снижался, правда, не так резко, чтобы паниковать, но все же Барнетт сознавал — без правительственного заказа ему придется туго.